В. Балабушевич, А.Гурский Военно-политические училища как педагогический феномен

В. Балабушевич, А.Гурский
Военно-политические училища как педагогический феномен

Сорок пять лет назад в соответствии с Постановлением ЦК КПСС от 21 января 1967 г. «О мерах по улучшению партийно-политической работы в Советской Армии и Военно-Морском Флоте» было принято решение о создании семи военно-политических училищ: общевойскового в Новосибирске, танко-артиллерийского в Свердловске (ныне Екатеринбург), авиационного в Кургане, войск ПВО в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург), инженерных войск и войск связи в Донецке, строительного в Симферополе, военно-морского в Киеве и военно-политического факультета училища ракетных войск стратегического назначения в Ростове-на-Дону. Позднее к ним добавились общевойсковое военно-политическое училище в Минске, военно-политическое училище строительных войск в Таллине и военно-политическое училище ракетных войск стратегического назначения в Риге (вместо ростовского факультета). Кроме того, еще до 1967 г. успешно функционировало высшее военно-политическое училище во Львове, обеспечивающее кадрами армейские культурно-просветительные учреждения и военную журналистику.

К постановке проблемы
После августовских событий 1991 г. военно-политические училища прекратили своё существование и едва ли когда-нибудь появятся вновь. В этих условиях обращение к теме военно-политических училищ может показаться излишним или контрпродуктивным. Однако экскурс в прошлое не так уж бесполезен для настоящего и, тем более, для будущего.
Почти двадцатипятилетняя история политических училищ дает богатейший и интереснейший материал для военно-педагогической мысли. Именно к необходимости военно-педагогического осмысления опыта функционирования военно-политических училищ с точки зрения перспектив развития российской высшей военной школы и намерены привлечь внимание научной общественности и экспертного сообщества авторы настоящей статьи.
Выскажем соображение о том, что в национальной системе подготовки военных кадров военно-политические училища выступают в качестве уникального феномена (до сих пор адекватно не оценённого отечественной военно-педагогической мыслью).
Мы не склонны идеализировать жизнь политических училищ: у них были и свои проблемы, подчас весьма острые. Однако положительный опыт, «наработанный» в системе военно-политических училищ, не должен быть потерян для российского военного образования. «Нет пророка в своем отечестве» – эта истина невольно вспоминается, когда мы знакомимся с очередной «порцией» идей горе-реформаторов российской вышей школы. Их деятельность сводится, как правило, к некритическому заимствованию западных (прежде всего американских) концепций, моделей и технологий образования, их механическому переносу на российскую почву. При этом часто игнорируются богатейшие традиции национальной высшей школы, её высокий академизм, универсализм, ориентация на всестороннее и гармоничное развитие личности. Размытой оказалась сама система ценностей в образовательной сфере, зачастую воспроизводятся негативные образцы образовательной деятельности. Сегодня, к сожалению, мы теряем уникальные учебные заведения, чьи выпускники традиционно составляли военную элиту государства.
Рассмотрим некоторые стороны жизни и деятельности военно-политических училищ.
Политучилища в системе подготовки военно-политических кадров
Военно-политические училища функционировали в качестве элементов единой многоуровневой системы подготовки военно-политических кадров для Вооруженных Сил СССР:
- заказчиком «продукции», определяющим содержание учебно-воспитательного процесса, и одновременно, контролёром его качества выступало Главное политическое управление Советской Армии и Военно-морского флота (ГлавПУ СА и ВМФ);
- роль научного и методического центра по отношению к военно-политическим училищам выполняла Военно-политическая Академия им. В.И. Ленина (ВПА им. В.И. Ленина);
- между военно-политическими училищами поддерживались прочные «горизонтальные связи», осуществлялся обмен «идеями и людьми»;
- самым тщательным образом осуществлялся подбор «первых лиц» – начальников военно-политических училищ, их «отцами-основателями» стали умные, порядочные, талантливые, преданные своему делу руководители: Василий Георгиевич Зибарев (Новосибирское ВВПОУ), Борис Павлович Уткин (Свердловское ВВПТАУ), Василий Иванович Гнездилов (Таллинское ВВПСУ) и др.;
- серьёзное внимание уделялось повышению уровня профессионализма командного и профессорско-преподавательского состава военно-политических училищ; значительную его часть составляли выпускники военно-педагогического факультета и адъюнктуры ВПА им. В.И. Ленина; повышение квалификации преподавателей гуманитарных и социально-экономических дисциплин осуществлялось на Высших академических курсах (ВАК);
- в рамках рассматриваемой системы последовательно реализовывалась идея непрерывного образования: значительная часть выпускников военно-политических училищ со временем становилась слушателями различных факультетов ВПА, проявившие склонность к научной деятельности выпускники академии имели возможность поступить в адъюнктуру, а затем и в докторантуру; все выпускники политических училищ и академии не реже одного раза в пять лет должны были повышать квалификацию на различного рода курсах.
Заметим, что именно в военно-политических училищах закладывались базовые компетенции офицера-политработника, которые поддерживались и совершенствовались на последующих уровнях его подготовки.

Образовательный процесс в военно-политических училищах
Содержание образовательного процесса определялось теми задачами, которые ставились перед заместителем командира роты (батареи) по политической части и теми функциональными обязанностями, которые возлагались на него нормативными правовыми документами.
Деятельность офицера многогранна и многофункциональна, однако любой офицер подразделения – это, прежде всего, военный управленец (менеджер) и педагог (руководитель и организатор процесса обучения и воспитания подчиненных). В свое время немецкий философ И. Кант заметил: «Два человеческих изобретения можно считать самыми трудными, а именно: искусство управлять и искусство воспитывать…» [1, 450]. Учебный процесс в военно-политических училищах выстраивался таким образом, чтобы помочь будущим офицерам-политработникам овладеть и искусством управления подчиненными, и искусством их воспитания. Ставка была сделана на подготовку офицера как военного профессионала для подразделений конкретного вида и рода войск с глубоким знанием военной психологии и педагогики, теории и практики воспитательной работы. Для сравнения заметим: когда в 2004 г. в Новосибирском ВВКУ была начата подготовка офицеров-воспитателей, то предпочтение было отдано подготовке специалиста в области психологии и педагогики со знанием военного дела (т. е. приоритеты были несколько смещены). Первый вариант, с точки зрения авторов, гораздо предпочтительней.
Выделим некоторые специфические черты учебного процесса в военно-политических училищах с точки зрения его содержания и организации.
Во-первых, характерной особенностью учебного процесса в военно-политических училищах была его ориентация на всестороннее развитие личности военного профессионала. С первых и до последних дней существования военно-политических училищ доминировала точка зрения, что их выпускники должны быть хорошо подготовленными специалистами военного дела, высокоинтеллектуальными, широко образованными офицерами. Решение этой задачи обеспечивалось гармоничным сочетанием в учебных программах политучилищ военных, гуманитарных и социально-экономических, естественно-научных и технических дисциплин.
Во-вторых, учебный процесс в военно-политических училищах предполагал в качестве одной из важнейших задач развитие познавательных способностей будущих офицеров-политработников. Как правило, уже на старших курсах курсанты политучилищ были способны достаточно эффективно осуществлять следующие познавательные действия:
а) планировать познавательную деятельность (осознавать и формулировать познавательные проблемы, формировать цели познавательной деятельности и ставить познавательные задачи, осуществлять выбор рациональных и оптимальных путей решения поставленных познавательных задач, определять последовательность и продолжительность этапов познавательной деятельности, строить алгоритмы (модели) познавательной деятельности и др.);
б) организовывать познавательную деятельность (организовывать свое рабочее место; контролировать наличие и состояния учебных средств, их рациональное размещение; определять режим работы; организовывать свою самостоятельную работу на самоподготовке; определять порядок и способы умственных действий и пр.);
в) осуществлять познавательную деятельность (работать с различными источниками информации; конспектировать и реферировать тексты; осуществлять библиографический поиск; работать со словарями, справочниками; использовать видео- и аудиоматериалы; управлять собственным вниманием при восприятии информации и т. д.);
г) усваивать учебный материал высокой степени сложности (осмысливать учебный материал, выделять в нем главное, использовать общенаучные и военно-научные методы познания, осуществлять адаптацию и интерпретацию результатов познания к будущей профессиональной деятельности и др.);
д) рефлектировать над процессом и результатами познавательной деятельности (само- и взаимоконтроль результатов познавательной деятельности; оценка достоверности изложения, верности решения; оценка различных сторон явления; умение проверить правильность и прочность теоретических знаний и практических навыков и пр.);
е) решать познавательные задачи в специфических условиях учебно-боевой обстановки применительно к своим функциональным обязанностям по предназначению и др.
В-третьих, военно-политические училища в каком-то смысле опередили своё время, в них достаточно чётко просматривалась тенденция переноса акцента с обучения на учение и самообразование.Научить человека учиться, самостоятельно находить необходимые ему знания, формировать у себя необходимые для высокоэффективной профессиональной деятельности качества – эта сверхзадача успешно решалась в условиях активного взаимодействия педагогических и курсантских коллективов.
В-четвёртых, особенностью учебного процесса в военно-политических училищах являлось подчеркнуто большое внимание методологическим аспектам изучаемых теоретических проблем, формированию методологической культуры будущего офицера. Последнюю можно определить как достигнутый уровень интеллектуального развития личности офицера, позволяющий со знанием дела, сообразуясь с конкретными условиями, осуществлять выбор методов, обеспечивающих достижение поставленных целей в основных сферах его профессиональной деятельности, в соответствии с выполняемыми должностными обязанностями и эффективно их использовать [2, 146].
В-пятых, в качестве ещё одной характерной чертой содержания учебного процесса в политучилищах следует выделить акцент на формирование рефлективной культуры познавательной и практической деятельности в ходе реализации учебных программ и тематических планов изучаемых дисциплин. Овладение методологией рефлективного мышления имеет исключительное значение для военного специалиста. Способность к глубокому самоанализу, адекватным самооценкам – одно из профессиональных качеств офицера.
В-шестых, организация учебного процесса, с точки зрения его содержания и формы, обеспечивала получение курсантами военно-профессиональных знаний, навыков и умений на уровне, обеспечивающем выполнение всего спектра функциональных обязанностей офицера звена «рота – батарея». Как правило, выпускники политических училищ обладали не только необходимым объёмом военных знаний, но и сформированными командирскими качествами, что обеспечивало им высокий авторитет в воинском коллективе, возможность в случае необходимости заменить командира.
В-седьмых, учебный процесс в военно-политических училищах был нацелен на формирование креативности мышления. Для деятельности офицера характерно решение задач как поискового (творческого), так и стандартизированного (стереотипно-механического) характера. Естественно, что качество решения этих задач офицером может быть различным. От этого зависит, будет ли в его деятельности доминировать шаблон, схематизм или он окажется способен к инициативе, творчеству на поле боя, в процессе обучения и воспитания личного состава.
В-восьмых, решению поставленных образовательных задач способствовало широкое внедрение в учебный процесс элементов соревновательности и состязательности.
В-девятых, учебный процесс осуществлялся в тесной связи с задачами, решаемыми соответствующими видами и родами Вооружённых Сил, с учётом опыта службы выпускников училищ. Постоянно совершенствовалась система войсковых стажировок курсантов, систематически осуществлялся мониторинг деятельности выпускников в войсках. Это позволяло выявлять сильные и слабые стороны их подготовки с целью внесения соответствующих корректировок в учебный процесс.
В-десятых, для военно-политических училищ было характерно стремление к расширению образовательного пространства. Руководство военно-политических училищ всеми силами стремилось обеспечить их широкую интеграцию в научное и образовательное сообщество, преодолеть тенденцию к самоизоляции, столь свойственную ряду военных вузов того времени.
В целом учебный процесс в политических училищах отвечал потребностям времени. В постсоветский период высказывалась точка зрения, что военное образование в СССР вообще, а в военно-политических училищах в особой степени, носило идеологизированный и политизированный характер, следствием чего явилось снижение его качества. Конечно, можно критически относиться к той или иной идеологии, политической системе, общественному и государственному строю. Однако при этом не следует забывать, что «образование как социальный институт существует в конкретной социальной среде», «эта среда детерминирует те классы задач, которые могут быть решены, характер и формы учебно-воспитательной работы» [3, 8]. И в этом смысле деиделогизированного и деполитизированного военного образования вообще существовать не может.

Воспитательный процесс в военно-политических училищах
В военно-политических училищах последовательно и настойчиво реализовывалась идея единства обучения, воспитания и воинской деятельности. Знания, в том числе военные, не рассматривались как самоцель. Главным было воспитание будущего военного профессионала как гражданина, патриота, высоконравственного и совестливого человека, способного взять на себя всю полноту ответственности за судьбу Отечества, выполнять нелегкую «работу» на поле боя.
Повседневная жизнь этих военных вузов строилась таким образом, чтобы любые ее стороны и аспекты оказывали воспитывающее воздействие на обучающихся. В свою очередь, организация воспитательной работы на основе принципов системности, комплексности, целеустремленности, перспективности обеспечивала возможность ее действенного влияния на учебный процесс и служебную деятельность. Именно в стенах политических училищ еще в 60-80-х гг. прошлого века апробировалась организация воспитания курсантов как целенаправленного педагогического процесса поэтапного формирования у обучающихся профессионально-ориентированных качеств (военных, политических, организаторских, морально-психологических и др.). Это потребовало разработки соответствующих воспитательных технологий, обеспечения согласованной деятельности всех субъектов воспитания, создания воспитательных комплексов в соответствии с профилем военно-профессиональной подготовки курсантов.
Укажем на некоторые специфические особенности функционирования системы воспитательной работы в военно-политических училищах.
Во-первых, у курсантов военно-политических училищ формировалось система ценностей и идеалов неутилитарного характера, обеспечивающая безусловную приоритетность общих интересов по отношению к частным, доминирование государственных интересов над личными. Смысл своей жизни и профессиональной деятельности подавляющее большинство выпускников политучилищ видело в служении Отечеству, в выполнении своего воинского долга. Значительное число выпускников военно-политических училищ прошло через афганскую войну, локальные войны и вооружённые конфликты в различных уголках земного шара, «горячие точки» на постсоветском пространстве, проявив при этом мужество, героизм, самоотверженность. Только среди выпускников Новосибирского военно-политического училища – девять Героев Советского Союза и Российской Федерации.
Во-вторых, курсанты воспитывались как будущие воспитатели и, в своем большинстве, они оправдывали возлагаемые на них надежды. Функционирование системы воспитания в советских Вооруженных Силах была направлено на достижение победы в бою, обеспечение беспрекословного повиновения личного состава командирам и начальникам. Целенаправленная работа над психикой, сознанием воинов и воинских коллективов, сохранение психического здоровья военнослужащих вменялась в непосредственные обязанности политработника подразделения. К решению этих задач и готовились будущие политработники в стенах училища.
В-третьих, выпускники политических училищ были жёстко ориентированы на деятельность в роте, батарее и им равных подразделениях. Рота рассматривалась как центр воспитательной работы («партийно-политической работы» по терминологии того времени). Именно на повседневную, «черновую» и во многом неблагодарную работу с людьми в низовых звеньях военного организма и нацеливались выпускники политических училищ. Считалось, что офицер, не получивший закалки в должности ротного политработника, не может полноценно трудиться на других участках воспитательной работы (агитационно-пропагандистская, культурно-просветительная, организационно-партийная, комсомольская работа) и на более высоких должностях.
В-четвертых, будущему офицеру-политработнику настойчиво внушалась мысль о том, что главное оружие политработника подразделения – личный пример («делай как я») и что в силу этого он должен быть подготовлен в военном и ином плане не хуже командира роты, а тем более подчиненных ему командиров взводов, прапорщиков и сержантов. Установка на личную примерность настойчиво формировалась в течение всех лет жизни и учебы курсанта в училище согласованными усилиями всех субъектов воспитания.
В-пятых, будущий офицер-политработник психологически готовился к работе с различными категориями военнослужащих. Сегодня много говорят о том, что выпускники военных вузов должны быть подготовлены к работе с военнослужащими контрактной службы, и это рассматривается как трудно непреодолимый барьер для нашей системы военного образования. Вспомним, однако, что лейтенант – выпускник военно-политического училища, приходя в роту (батарею), становился непосредственным начальником для офицеров и прапорщиков роты и вполне успешно справлялся с этой ролью.
В-шестых, эффективность воспитательного воздействия на обучающихся во многом предопределялась уважением и доверием к личности курсанта. Как правило, в политических училищах самым решительным образом пресекались любые проявления грубости, хамства, унижения человеческого достоинства от кого бы они ни исходили.
В этих условиях приходило понимание недопустимости отождествления командирской воли, требовательности, принципиальности с грубостью и вседозволенностью по отношению к подчиненному. Из стен училища выпускники выносили твёрдое убеждение, что офицер-политработник подразделения – первый гарант соблюдения прав личного состава и первый его защитник в случае, если эти права нарушаются.
Весь уклад жизни военно-политического училища должен был формировать у курсантов сознательное отношение к выполнению воинского долга. Например, первый начальник Новосибирского ВВПОУ полковник А.Г. Зибарев из принципиальных соображений отказывался от возведения забора, отделяющего училище от городской территории. Он справедливо полагал, что от дурных намерений будущих офицеров должны удерживать не заборы, а твёрдые идейные и нравственные убеждения.
В-седьмых, в военно-политических училищах целенаправленно претворялась в жизнь установка на «воспитание в коллективе и через коллектив». Курсантские коллективы с их комсомольскими и партийными организациями были способны с высокой степенью эффективности решать целый спектр воспитательных задач:
- формировать общественное мнение;
- мобилизовывать своих членов на решение конкретных задач;
- обеспечивать личную примерность сержантов и курсантов;
- содействовать развитию личности;
- корректировать межличностные отношения и др.
Именно в рамках курсантских коллективов через разрешение противоречий, связанных с учебной и другими видами деятельности, развертывались взаимосвязанные процессы социализации и персонализации обучающихся, осуществлялось становление и развитие взглядов, убеждений, мотивации и направленности личности курсанта.
В-восьмых, жизнь военно-политических училищ самым тесным образом была связана с жизнью городов, в которых они были дислоцированы (а это были крупные административные, промышленные, культурные центры). Подобная «открытость» в значительной степени расширяла возможности наращивания потенциала общей культуры будущего офицера, всестороннего развития его задатков и способностей, приобщения к достижениям мировой и отечественной художественной культуры. Систематически организовывалось посещение курсантами музеев, театров, выставок, многие курсанты посещали занятия городских кружков, лекториев, спортивных секций и т. д. Нередкими были совместные мероприятия со студенческой молодёжью.
В-девятых, в военно-политических училищах во многом была реализована идея индивидуального подхода к формированию личности будущего офицера-политработника. С этим, в частности, связан относительно небольшой «отсев» обучающихся из училищ. Рядом с курсантом всегда были опытные наставники, помогающие ему разрешить сложные жизненные ситуации, принять правильное решение, преодолеть свои слабости и сомнения.
Наконец, в-десятых, условием эффективности воспитательной работы являлись согласованные действия всех субъектов воспитания, четкое планирование этой работы на все годы пребывания курсанта в училище, формирование благоприятной воспитательной среды.

Некоторые выводы
1) Военно-политические училища – это уникальные военно-учебные заведения, аккумулировавшие опыт предшествующих этапов развития военного образования в России и новаторские для своего времени педагогические технологии. Их деятельность требует заинтересованного и объективного осмысления. Несомненно, что феномен военно-политических училищ должен стать объектом серьёзных диссертационных исследований.
2) Инновации в педагогике – это не всегда что-то новое. Это может быть и старое, хорошо известное, но в иной социально значимой функции. С этой точки зрения ликвидация военно-политических училищ, обусловленная выбором нового вектора политического развития России, иной, отличной от советской модели общественного устройства, не должна привести к забвению всего позитивного и жизнеспособного, привнесённого этими военно-учебными заведениями в отечественную высшую военную школу.
3) Осмысление уклада жизни военно-политических училищ помогает понять, что военный вуз – это, прежде всего, его дух и традиции. Меняются поколения курсантов и преподавателей, дислокация вуза, его профиль и наименование, учебно-материальная база, но, если не нарушена преемственность, не прервана связь поколений, то вуз живёт, развивается, выполняет свои функции. И, наоборот, когда под видом реформирования военного образования разрушается социальная память, прерывается «социальная эстафета», то это имеет самые печальные последствия.
4) Анализ функционирования военно-политических училищ позволяет сформулировать вывод о том, что игнорирование высокого духовного предназначения военного образования, низведение его до простой деятельности на рынке «образовательных услуг» чревато самыми серьёзными последствиями для качества будущего российского офицерского корпуса.
5) В военно-политических училищах была сформирована система стимулов, мотивирующих процесс образования применительно к конкретной социально-политической и духовной ситуации советского общества. Однако
современная духовная ситуация намного усложнилась. Если прежде для индивидуального и массового сознания была характерна чёткая дифференциация добра и зла, допустимого и недопустимого, нравственного и безнравственного, то сегодня такого рода четкие границы в обществе отсутствуют, возрастает уровень социальной энтропии. Это обстоятельство с необходимостью требует усиления внимания к духовной, мировоззренческой составляющей военного образования.
6) Серьёзность ситуации в сфере российского военного образования требует, прежде всего, объективной оценки его состояния. Консолидации усилий учёных, военно-педагогических кадров и всех заинтересованных в будущем отечественной высшей военной школы могло бы содействовать начало издания журнала «Вестник высшей военной школы».


Литература

1. Кант, И. О педагогике / И. Кант // Трактаты и письма. – М. : Наука, 1980.
2. Гурский, А.И. Методологическая культура офицера и пути ее формирования в высшей военной школе / А.И. Гурский, В.Ю. Балабушевич // Вестник Академии военных наук. – 2005. – № 1. –– С.145-149.
3. Долженко, О.В. Очерки по философии образования : учебное пособие / О.В. Долженко. – М.: Промо-Медия, 1995.


Авторы:

Балабушевич Виктор Юрьевич, кандидат философских наук, доцент, профессор АВН 

Гурский Анатолий Иванович, кандидат философских наук, доцент, профессор АВН


Сайт: http://www.avnrf.ru/index.php/publikatsii-otdelenij-avn/regionalnykh/cibirskogo/487-voenno-politicheskie-uchilishcha-kak-pedagogicheskij-fenomen